Рассказ скачан на сайте http://eromo.org

Название: За что купила... Месть через узбеков

Карина проснулась, когда мужа уже не было. Проснулась от ярких лучей, затопивших спальню единым потоком: солнце вышло из-за башенки и хлынуло в огромные окна шикарного загородного дома. Было еще очень рано, но Карина как могла сопротивлялась желанию мужа повесить в спальне закрывающиеся наглухо жалюзи — как можно отказаться от такого восхитительного пробуждения?... Она, полностью голая, нежилась на белоснежной простыне, наслаждаясь теплом и светом. Картина и правда должна была быть завораживающей — стройная блондинка с легким искусственным загаром в изысканной позе на широкой кровати разбросала светлые, густые, слегка вьющиеся волосы по подушкам. Карина провела ладонями вдоль тела. Ей было чем гордиться: длинные ноги с маленькими ступнями... узкие бедра, казавшиеся одновременно очень женственными из-за тонкой талии... упругие небольшие груди правильной чашеобразной формы... красивое лицо с тонкими бровями, аккуратным носом, пухлыми губами и небольшой ямочкой на подбородке... Ей вовсе не требовались ни услуги пластического хирурга, ни спортзал и диеты, чтобы выглядеть потрясающе... И чего еще надо было мужу?

Вчера Карина узнала об измене. Совершенно случайно она увидела в городе, куда поехала за новым пеньюаром (хотела порадовать свою половинку, естественно), джип мужа. На переднем сиденье рядом с ним сидела брюнетка совершенно вульгарного вида. Это была вроде бы дочка одного из партнеров мужа. Конечно Карина проследила за ними до отеля, где не надо было регистрироваться... Все было понятно, тем более, что муж, вернувшийся, когда она уже легла, лепетал что-то о затянувшемся совещании и неотложных делах, которые нужно решать в течение следующей недели... Ясно — готовил отмазку для последующих свиданий на стороне...

Карина приняла душ, потом накинула на голое тело пеньюар, прелесть которого так и не оценил муж, подошла к зеркалу и принялась наносить легкий макияж, размышляя над создавшейся ситуацией. Еще до свадьбы она обещала будущему мужу, что если он сделает ей больно, то она заставит его страдать в два, а то и в три раза больше. Нельзя сказать, что она любила мужа, скорее это была привязанность, родившаяся за несколько лет брака. Вообще сама Карина считала брак равным: муж был богат, ее семья тоже не бедствовала, да к тому же обладала графским титулом, зарегистрированным во всевозможных геральдических организациях. Муж тоже стремился к этому титулу, забрасывая вышеуказанные организации ходатайствами. Брак был скорее по расчету, но обида, нанесенная ей, требовала отмщения, согласно высказанным еще до свадьбы условиям.

Карина вышла из спальни на террасу второго этажа и подошла к балюстраде. День обещал быть жарким, и внизу два узбека — разнорабочих в усадьбе, — разбирались с системой полива, которая сломалась на днях. Изумрудный газон было жалко, поэтому они возились с самого утра, стараясь не шуметь — все знали: хозяйка спала до того момента, когда солнечные лучи попадали в спальню на мансарде.

Карина напряглась и вспомнила: того, что постарше, звали Саид, второго, совсем молоденького, — Джим, сокращенно от какого-то сложного восточного имени. Оба были незаметными, старясь лишний раз не попадаться на глаза хозяевам. Вместе с тем, в короткие мимолетные встречи с подсобными рабочими, женщина не раз отмечала, что те держатся уверенно и с чувством собственного достоинства — без заискивания, но и не наглея. Работу выполняли четко, аккуратно и быстро, хотя пока и с трудом понимая русскую речь. Впрочем, обычно было достаточно показать им поломку или недостаток. После этого о проблеме можно было смело забыть. Словом, муж не мог нарадоваться на эту парочку. Вспомнив о муже, Карина поморщилась, а потом в мозгу что-то щелкнуло...

Она видела, как узбеки иногда поглядывают вверх. Их взгляды уверенно, но без настырности, обшаривали ее фигурку, иногда чуть дольше приличий задерживаясь на полупрозрачной ткани в районе груди или на обнаженных ногах в разрезе, доходящем почти до талии — балюстрада почти не мешала им в этом.

У них обоих наверняка давно не было женщины. Из усадьбы их не отпускали, гостьи все как на подбор были из сливок общества и только морщили носики, когда на глаза попадались узбеки, которые по социальному статусу были даже ниже уборщиц в их домах... Карина глубоко вздохнула, собираясь совершить такое, что ни пришло бы в голову ни одной из ее знакомых.

Она поманила пальцем узбеков, а когда те подошли поближе и задрали головы, отрицательно покачала головой и еще раз поманила пальцем. Саид и Джим были сообразительными, поэтому, с небольшим недовольством обернувшись на вскрытую систему полива, они направились к входу в дом. Разнорабочие наверняка думали, что хозяйка позвала их, чтобы исправить что-то внутри.

Карина улыбнулась и, пройдя в спальню, скинула пеньюар, оставшись полностью обнаженной во всем великолепии молодого стройного тела.

Ей не очень хотелось секса, но измена мужа требовала особенно изощренного мщения. А что может быть изощренней, чем графине отдаться двум узбекским разнорабочим, которые жили в усадьбе практически на правах рабов? Так и быть, она как-нибудь перетерпит такую близость, скорее всего не получив телесного удовольствия, зато какое будет моральное удовлетворение! Карине было почти все равно, узнает муж об этом или нет. Сообщать ему она не собиралась — для нее будет вполне достаточно осознавать, что в после того, как он трахнул девчонку из своего круга, она отдалась сразу двум мужчинам, которых иногда даже не замечают, словно они — пустое место... А узнает... так что ж, месть станет еще слаще, потому что он наверняка будет мучиться такой изменой жены...

Саид и Джим вошли и замерли на пороге, недоверчиво уставившись на абсолютно голую хозяйку. Хотя надо сказать, ни в одном из мужчин не чувствовалось ни страха, ни агрессии. В черных глазах отражалось в основном удивление и определенный мужской интерес. Карина вздохнула с облегчением. По правде говоря, она немного опасалась, что обнаружив хозяйку в голом виде, узбеки ее цинично и унизительно изнасилуют, ошалев от долгого воздержания, либо, хуже того, испугаются последствий в виде гнева хозяина и сбегут. Первое ее немного пугало несмотря на нестерпимое желание мести. Хотя женщине и казалось, что оно того стоит — чуть-чуть терпения, и ее внутреннее состояние вновь придет в равновесие... Понятное дело, ее никогда не насиловали, и казалось, что все пройдет не сложнее тех случаев, когда муж бывал очень настойчив — настойчив в дни, когда ее тело не было предрасположено к сексу. Чем грубое изнасилование отличается от того, что она собиралась сделать сейчас, Карина не знала, да и задумываться не желала. Главное — обрести внутреннюю гармонию. Точка.

Карина воспаряла духом от того, что ее не будут насиловать, и от нее потребуется всего лишь в два раза больше терпения, чем когда она уступает настойчивости мужа. Ей даже нравились обожание и восторг, читающиеся на обычно непроницаемых восточных лицах. Ах, если бы можно было ограничиться полным и безоговорочным признанием красоты и совершенства своего тела, отражавшихся во взглядах, обегающих ее всю от пухлых губ до пальчиков на ногах! Как женщине ей было вполне достаточно восхищения узбеков на расстоянии, но обманутой супруге этого было мало. Поэтому Карина мило улыбнулась и на цыпочках степенно подплыла к застывшим разнорабочим, словно действительно была графиней в роскошном платье на великосветском приеме — она словно не замечала собственной наготы и того, как на нее реагируют мужчины. Их бурное дыхание только подтвердило, что они совсем не против того, что на ней не надето вечернее платье.

Впрочем, ни один их мужчин, как и положено вышколенным слугам, привыкшим не реагировать на причуды хозяев, не позволил себе ничего кроме откровенных взглядов. Это полностью устраивало женщину — по крайней мере разнорабочие не будут проявлять инициативу, и она сможет держать весь процесс под собственным контролем.

На всякий случай она метнула строгий взгляд на младшего, мол, пока не вмешивайся, и взяла за руку Саида, глядя ему прямо в глаза. Прижалась к нему всеми выпуклостями, ощущая дрожь мужского тела. Пристроила руку к себе на попу и впилась в жесткие губы ртом... Все слуги и рабочие в усадьбе проходили ежемесячный медицинский осмотр, поэтому каких-то болезней и инфекций опасаться не стоило, ну а бонусом шло то, что дыхание мужчины было свежим.

Поцелуй вышел страстным и пылким — разнорабочий неожиданно умело играл с ее ртом губами и сплетался с ней языками. А если учесть, что одна его рука ласково гладила шелковистую кожу ягодицы, а вторая уверенно прижимала стройное тело к сильному мужскому торсу, то можно было вообразить себя недосягаемой богиней, снизошедшей с небес в объятия верного адепта.

Вновь подумалось: «Ах, если бы можно было ограничиться поцелуем голышом в объятиях одетого, любовно вздрагивающего, мужчины!», однако к сожалению нужно было пройти весь путь до конца, поэтому Карина высвободилась из объятий Саида. Не обращая на него больше внимания, словно он превратился в предмет мебели, она выполнила изящный пируэт и прижалась спиной к Джиму... И почувствовала попой внушительное напряжение, образовавшееся под грубым комбинезоном. Мелькнуло мимолетное сожаление по этому поводу: женщине все еще хотелось, чтобы все оставалось, как сейчас, словно в сказке — голая графиня кокетничает и играет со сходящими с ума поклонниками, не претендующими на большее.

Впрочем, эрекция узбеков полностью входила в планы по обретению гармонии, поэтому женщина положила одну руку мужчины на грудь, а вторую на лобок. Может быть, с точки зрения возбуждения мужчины это и было лишним — вон какая стальная мощь под грубой тканью! — однако муж мог иногда добиться небольшой реакции от ее организма путем нехитрых манипуляций. Женщина немного пожалела о том, что чувство неудовлетворенной мести не позволило дождаться момента, когда тело само возжелает мужчину, и факт измены будет физически приятен для всех участвующих сторон...

Склонив голову на бок, Карина прислушалась к своим ощущениям. Джим делал все правильно — его ладонь сжимала грудь, несильно, но уверенно, а пальцы другой руки легко скользили по половым губам, иногда едва чувствительно входя внутрь. Пожалуй, эти манипуляции были где-то приятны и даже вызвали... нет не возбуждение, но легкую его тень...

Карина заизвивалась в руках молодого, иногда бросая взгляды из-под длинных ресниц на старшего. Крылья носа последнего хищно раздувались, но он держал себя в руках, даже смотря на то, как тело белокурой стройной женщины вздрагивает и извивается под ласками напарника. Удовлетворенно отметив образовавшуюся выпуклость в паху Саида, Карина с удвоенной силой закрутила попой, то тесно прижимая ее к твердому члену, то терзая его танцевальными движениями бедер.

В принципе она уже добилась полной готовности мужчин, и пора было приступать к следующему этапу, однако тень возбуждения, вызванная нежными и уверенными руками, позволяла надеяться на большее.

Карина приказала Саиду: «Раздевайся!», и, убедившись, что он понял русскую речь, повернула голову к Джиму.

Поцелуй того был не столь умелым, как у старшего, он тыкался в ее губы, словно слепой котенок, но именно эта неопытность привела Карину в восторг. На минуту даже забылось о мести, она закинула руку на затылок мужчины и принялась старательно целовать его, показывая, что и как нужно делать. Вскоре они уже увлеченно целовались, и женщина поняла, что это, вместе с продолжающими ласками груди и половых губ, приподняло ее сексуальный тонус еще на несколько градусов. Чего она и добивалась, продолжая игры и не спеша приступить к следующему этапу. Ей все еще не хотелось непосредственно полового акта, но ей уже нравился физический контакт и все, что с ней делал Джим...

А тот вдруг напрягся, поперхнулся и принялся сдавленно постанывать! Что это? Он кончил в трусы? Похоже, она недооценила собственную сексуальность и последствия длительного воздержания...

Карина отстранилась и повернулась, держась по-прежнему словно графиня на балу, будто не терлась только что голой попой о мужской член, который в результате выбросил поток спермы. Джим выглядел смущенным, но одновременно упрямо выпятил подбородок, а внушительная выпуклость нисколько не уменьшилась несмотря на расплывающееся вокруг темное пятно.

Карину совсем не устраивала ситуация, когда вся измена ограничится тем, что узбеки кончат в штаны, однако бугор на комбинезоне младшего позволял надеяться, что он сможет продолжить.

— Иди в ванную! — громко, словно для глухого, сказала женщина, а потом, изобразив пальцами над головой потоки воды, добавила: — Душ! Душ! Прими душ! Ванная комната там!

Она перевела взгляд на старшего. Тот уже полностью обнажился, и его член стоял торчком, гордо восставая из густой поросли. Карина глубоко вздохнула — член был почти черного цвета, красиво вылепленный, а из-за обрезания выглядел, как единая, отлитая из латекса, игрушка. Но он был настоящим, живым! И женщина вновь почувствовала прилив легкого возбуждения, покинувшего ее при происшествии с молодым...

— Ну а ты? — Карина подошла ближе и вцепилась в бугристый член пальцами. Вцепилась, надо сказать, с восторгом, ощущая всю мощь и силу великолепного органа.

— Тебе тоже нужно разрядиться для начала? Ты уверен, что сможешь выдержать хотя бы несколько минут?

Внимательно глядя в черные непроницаемые глаза, Карина несколько раз скользнула по члену крепко сжатыми пальцами. Не похоже, что Саид понимал слова, но он уловил суть:

— Вся буд"т окый, хозайк!

— Точно? — женщина какое-то время усиленно дрочила член, признаваясь себе, что ей очень нравится ощущать каменную твердость, прощупывающуюся под бархатистой оболочкой. Она еще раз изучающе взглянула в глаза Саиде, а потом направилась к постели и легла на край постели, подняв и широко раскрыв ноги. Дотронулась пальцем до губ, а потом указала на влагалище между приглашающе раздвинутыми бедрами. Понятное дело, что мужчина уже не нуждался в дополнительном возбуждении, делая куни великолепной женщине, но она сама-то очень в этом нуждалась, надеясь, что сможет испытать хоть какое-то наслаждение во время коитуса.

Между тем Саид понял хозяйку совершенно правильно и мгновенно приник к ее промежности ртом.

Тело Карины ощутимо вздрогнуло, едва губы мужчины коснулись нежных складок. «Пожалуй, я бы не отказалась привести так все время, отведенное на месть!» — подумала она, потому что разнорабочий ласкал ее очень умело. «Где он так настропалился?» — мелькнула мысль. Мелькнула и пропала, вытесненная ощущениями от того, что мужчина то теребил кончиком языка чувствительные складки, то, сделав язык лопаткой, вылизывал ее, то чуть проникал вглубь, то посасывал клитор, а то и просто целовал нежными губами. Женщина уже иногда порывисто вздыхала, предельно раскрыв бедра, предоставляя Саиду тем самым полную свободу действий.

А когда в нее ввели палец, она вскинулась, разметав волосы по простыням...

Такой ее и застал Джим, вернувшийся из ванной — с коленями, почти лежащими на плечах, с голенями и ступнями, устремленными вертикально вверх, перекидывающую светлые волосы со стороны на сторону в непроизвольных конвульсиях, прогнувшуюся так, что тело упиралось в постель только лопатками и попой... И с головой напарника между бедер... Однако едва младший оказался рядом и потянулся к ее груди, как она отвела его руку. Нет, если бы ее грудь одновременно ласкали, то возможно, ее возбуждение достигло бы такой степени, что готовность к проникновению стала бы полной, но женщина была не готова оказаться в объятиях (не говоря уже обо всем остальном) сразу двоих...

«В очередь, господа! Только по очереди!»...

Она придирчиво оглядела Джима. Несмотря на отсутствие в его жизни такого понятия как тренажерный зал, выглядел он восхитительно — рельефные, хоть и не буграми, мускулы, намечавшиеся кубики на животе, широкие плечи и мощная грудь, — физический труд не пропал даром... Впечатление портил только полувставший член, не набравший полной силы и мощи.

«Ни два, ни полтора», — так оценила ситуацию Карина и поморщилась. Конечно, можно было уже прямо сейчас отдаться старшему, благо у него с эрекцией все оставалось в порядке. Однако тот по стати и внешности сильно проигрывал младшему. С великолепно сложенным и смазливым Джимом она могла бы получить хоть какое-то удовлетворение от секса и, чем черт не шутит (Ну а что?! Ну а вдруг?!), может быть даже кончить, ведь Саид довел ее до вполне пристойного уровня возбуждения. Скорее всего через несколько минут даже без оргазма она утратила бы и это возбуждение, но зато хоть эти минуты провела бы в блаженстве и неге... А тут ТАКОЕ — половой орган хорошенького парня в полупозиции!

И Карина вывернулась из-под Саида, вытворявшего совершенно восхитительные вещи между бедер, и встала на постели на четвереньки, сфокусировав взгляд на подрагивавшем перед самым носом полузатвердевшем члене. В первоначальных планах совсем не значился минет узбекам — это было бы уже слишком. Ну трахнули бы по-быстрому, но сосать подсобным рабочим!... Впрочем, после того, как Саид хорошенько поработал языком и губами, эта идея уже не казалась такой уж безобразной. К тому же если она отсосет у Джима, это будет дополнительной местью неверному мужу. Все в копилку!..

И больше не сомневаясь, Карина заскользила колечком губ по мужскому стволу. Была некоторая опаска, что маленькая похоть, родившаяся под воздействием рта старшего, совсем пропадет, однако половой орган младшего настолько быстро обрел полную эрекцию, что это восхитило женщину. И несмотря на то, что результат был достигнут, она еще какое-то время продолжала увлеченно отсасывать, чувствуя, как растет возбуждение только от того, что ее губы ощущают стальную твердость члена, а язык порхает по раздувшейся горячей головке.

Наконец, испытывая почти настоящую страсть, она оторвалась от сладкой игрушки и легла на спину. Широко раздвинула и подняла ноги. А потом приглашающе поманила пальчиком Джима, игнорируя при этом выразительный взгляд Саида.

Младший не заставил себя долго ждать. Он навис над раскрытым перед ним женским телом, трепещущим в ожидании его члена. Карина упивалась тем, с какой жадностью он рассматривает ее промежность, бесстыдно предоставленную на всеобщее обозрение, а потом приставил пышущую жаром головку к половым губам. Женщина нетерпеливо поерзала, и член, направленный уверенной рукой, проник внутрь. Первоначально вошел лишь самый кончик — влагалище еще не было до конца готово к проникновению крупного члена, но Джим был упорен и задвинул член почти наполовину... Еще пара движений, и Карина тихонько застонала — наслаждение от двигающегося внутри мужского органа было неожиданно приятным. Она сама не ожидала такого от себя: ее трахает, пусть и симпатичный, но узбек, а она возбуждается от этого процесса все больше.

Между тем нежное осторожное проникновение сменилось размеренными толчками, вырывающими каждый раз похожие на всхлипы стоны. Лицо Карины исказилось в гримаске страсти, и она закинула ноги мужчине на плечи. Он так и имел ее — неспешно, почти нежно, но с натугой входил каждый раз очень глубоко — иногда ей казалось, что член сейчас достанет до сердца. Через каждые несколько минут Джим наклонялся и демонстрировал ей, как хорошо он усвоил уроки поцелуев. Они взахлеб целовались, и пусть ноги в этот моменты едва не оказывались за головой, но все равно Карина ощущала, что возбуждение растет. Ей даже однажды пришлось усилием воли подавить приблизившийся оргазм — когда рот мужчины был особенно настойчив, а член задвинут в нее по самые яйца. Конечно было бы приятно кончить под стройным, как кипарис, симпатяшкой, но как тогда быть со вторым? Страдать и терпеть? Нетушки, пускай трахает жаждущую и распаленную женщину... По крайней мере будет нескучно...

И вообще ей пришло в голову, что она отдается Джиму, словно трепетная любовница, изменяющая мужу по велению сердца, а не как мстящая жена. Да, сбоку на то, как ее имеют, жадно смотрит Саид, подрачивающий свой член. Тем не менее, ее должны трахать, а не заниматься с ней любовью. Каким-то участком сознания она понимала, что еще час назад не поверила бы, что будет получать удовольствие, когда один узбек трахает ее в присутствии другого...

Еще час назад она даже предположить не могла, что захочет чего-то еще, кроме медленного ласкового секса...

Но сейчас, взбудораженная всем, что происходило в спальне, она мягко отстранила младшего, а затем встала раком, кокетливо прогнувшись и вздернув попу вверх. Обернулась и поманила пальцем старшего.

«Посмотрим, на что способен второй!», — запалено дыша и мечтая о хорошей трепке, Карина послушно ожидала, когда ей вставят.

Саид ворвался одним ударом, едва не повалив женщину на постель. Ей пришлось упереться в спинку кровати, чтобы не упасть. Но, как ни странно, она была совсем не против такого грубого проникновения и только благодарно вскрикнула, со сладким ужасом констатируя подступивший оргазм. А мужчина не церемонясь вцепился в ягодицы жесткими пальцами и принялся с размаху насаживать ее тело на член так, что яйца шлепались об уголок половых губ. Карина взметнула гривой волос раз, другой. Отметила, какими глазами смотрит Джим, пристроившийся рядом, на то, как вздрагивают ее груди в такт безжалостным ударам... И кончила, ухнув в глубину затяжного оргазма, сверкающую бриллиантовыми звездами...

Без сомнения, Карина на какое-то время отключилась.

Пришла она в себя лежа на боку и... ее трахали. Она в изумлении захлопала ресницами, ошеломленная коварностью узбеков — женщина потеряла сознание, пусть от наслаждения, а ее беспомощное, безвольное тело продолжают иметь! В этот момент член покинул ее влажное влагалище, чтобы через пару-тройку секунд вновь пронзить на всю длину. Или это был другой член? Это что же, они еще и сменяют друг друга? Карина даже не знала, кто был до этого, а кто имеет сейчас... Однако гневные слова застряли в горле, родив лишь протяжный чувственный сон. Может быть, это было и к лучшему — то, что узбеки не постеснялись поиметь потерявшую сознание женщину, ведь яркий оргазм, пронзивший ее ранее должен был означать конец удовольствию и начало терпеливого ожидания, когда самцы разрядятся... иначе какой смысл в мести? Теперь же, когда сменяющиеся члены поддерживали сексуальный тонус, Карина почувствовала, что не против продолжения. Вернее, продолжение было бы в любом случае, но теперь можно получить удовольствие и от самого процесса измены, а не только от факта!

Да состояние было не совсем то, что перед самым оргазмом, но Карина уже постанывала в голос каждый раз, когда один узбек сменял другого сзади, входя в разработанную дырочку. Ей было даже все равно, кто трахает ее в очередную смену, лишь минут через десять она научилась различать мужчин — немного грубо и азартно ее пользовал Саид, просовывая руку под одно бедро и накрывая ладонью — другое. Он насаживал ее покорное тело на член... Джим же был более нежен, однако не отказывал себе задвинуть так же глубоко, как и напарник, оставаясь под сердцем несколько долгих секунд, и Карина чувствовала себя словно жертва, посаженная на кол. Одновременно он кончиками пальцев теребил сосок, постепенно болезненно набухший, и наслаждение пронзало вздрагивавшее стройное тело от кончика груди до самого уголка половых губ... Женщина не могла определиться, что ей больше нравится — грубоватая настырность старшего или ласковая нежность младшего, однако она была уверена, что узбеки снова довели ее до того состояния, когда женщине все равно, как ее трахают, лишь бы это не прекращалось...

Наконец Карина отвела колено вверх, а ее пальцы легли на уголок половых губ. Она уже едва соображала и уже позабыла, что надо удерживаться от оргазма, ведь мужчины и не собирались пока кончать. Разрядка нужна была здесь и сейчас... Ее

тело извивалось и вздрагивало, из горла рвались бессвязные крики, груди были истерзаны мужскими руками, как и половые губы — она без колебаний убирала ладонь, как только кто из мужчин решал приласкать клитор или губки. Джим нежно и одновременно жестко ласкал влажные складки, а Саид попросту сильно прижимал клитор средним пальцем, заставляя Карину биться в предоргазменном состоянии.

И тут, когда женщина была готова кончить, член кого-то из мужчин вместо того, чтобы в очередной раз пронзить текущее влагалище, вошел в попку. Анус был расслаблен, поэтому все случилось стремительно, неожиданно и бесповоротно. Вот еще Карина ожидает, когда стенки влагалища будут растянуты крупным членом, а вот — головка уже в попке!

Она резко приподнялась на локте и простонала от боли:

— Саид! — во-первых, немного прояснившееся сознание услужливо подсказало, что только что мужские руки нежно ласкали чувствительный сосок, а тело вздрагивало на замершем в паре сантиметров от сердца члене — это был совершенно точно Джим; а во-вторых только старший мог решить попользовать ее анально...

Анус конечно испуганно сжался, член замедлился, но было поздно — факт извращенного секса был на лицо... Вернее на попу, но какое это уже имеет значение, если по этому самому факту она занялась анальным сексом с обслуживающим персоналом!

Вот такие дела — кому сказать только, — сначала она отсосала одному узбеку (хотя, признаться, делала это с удовольствием и прилежанием), а теперь дает в попку другому! Это уже не изощренная месть, не восстановление душевного равновесия, а блядство!

Впрочем, Карина не успела ни возмутиться, ни завопить от боли, когда член стал протискиваться еще дальше, неимоверно растягивая колечко ануса. Дело в том, что Саид уже накрыл ладонью и привычно нажал чувствительный бугорок клитора, а вторую просунул под ее тело, когда она вскинулась, и сильно сжал железными пальцами сосок.

Женщина зажмурилась, не в силах поверить в происходящее — узбек заталкивает крупный член все глубже в попу, а она под его руками продолжает плавиться от желания и даже сама двигает бедрами навстречу!

Окончательно она была сломлена, когда Саид проник в текущую щелку — она ощутила, как его пальцы трутся о жесткий ствол через тонкую перегородку. Ничего не оставалось делать, как впервые в жизни получать удовольствие от анального секса. А когда мужчина принялся двигаться, сначала осторожно и медленно, а потом все более азартно и быстро, она застонала раз, другой... и вскоре вскрикивала, не переставая — каждый раз, когда член забивался в зад по самые яйца.

Карина вновь впала в состояние, когда женщине хорошо от всего, что с ней делает мужчина, а Саид продолжал жестко трахать ее сзади, тиская грудь до синяков, сжимая сосок так, что, казалось, еще немного, и он лопнет, как виноградинка... Не забывал он и терзать клитор...

Окружавшая обстановка воспринималась отдельными вспышками, словно отдельные кадры на экране. В поле зрения оказывалось то окно, то прикроватная тумбочка, то стена с картиной. Конечно разумом это не воспринималось, Карина лишь понимала, что извивается и метет волной волос по постели в такт ударам.

В какой-то момент она увидела перед собой Джима. Вот он сидит на другом краю постели и жадно вбирает взглядом то, как изящную блондинку трахают в попку, а она только предельно раскрывается... Вот он уже рядом и, облизывая пересохшие губы, рассматривает весь процесс вблизи... А вот он тянет руку к груди...

Карина хотела возмутиться: «Сейчас не твоя очередь!», однако вместо этого призывно изогнулась, сама вложив в его ладонь упругое полушарие... Наслаждение подскочило до неимоверных высот: одну ее грудь тискали жестко, до боли сплющивая сосок в железных пальцах, а вторую — нежно ласкали, а сосок едва ощутимо гладили подушечками. Он стал настолько чувствительным, что даже невесомые прикосновения продергивали сладкой болью все тело... Мало того, Джим второй рукой стал слегка поглаживать половые губы, иногда любовно проникая в дырочку.

Карина не знала, что ей делать — томно вздыхать от щемящей нежности молодого или орать от страстного напора старшего. Казалось, ее сейчас разорвет от противоречивых наслаждений... «Ты же говорила себе, что только по очереди, — где-то на задворках сознания мелькнула мысль. — Не хватало еще взять у второго в рот, когда первый трахает в задницу!!!». Так подумала она и ухватилась цепкими пальцами за член Джима. Несколько мгновений она ласково растирала смазку, выступившую из расширившейся дырочки, по всему члену, а потом решительно потянула его к себе.

Джим понятливо подался вперед, нависнув над ее головой. Пухлые губы нетерпеливо потянулись к жесткому половому органу, а в следующий момент Карина кончила, успев только насадиться на член ртом. Она не понимала, как такое возможно — ее тело билось в оргазме, само с размаху насаживаясь на кол Саида, а губы и язык нежно и ласково обрабатывали головку и ствол Джима...

Карина снова провалилась в беспамятство...

А когда пришла в себя, оказалось, что она лежит спиной на груди Саида, член старшего по-прежнему в попке, а младший расположился сверху и имеет ее в естественное отверстие. Она даже не возмутилась такой вопиющей наглостью. Тем более, что Саид умерил свой азарт, и теперь оба пользовали ее любовно и неспешно, осторожно лаская все уголки ее тела, до которых могли добраться... А добраться они могли много куда, и Карина отдалась немного болезненному, но такому томному и сладкому чувству нежности. Она совершенно отчетливо понимала, что согласилась бы и на то, чтобы ее ебали безжалостно и грубо, как последнюю шлюху — настолько великолепным было то, что произошло до этого... Но то, что с ней делали сейчас, было настолько не похоже на все, что она испытывала, видела или слышала ранее, что тело снова стало распаляться.

«Нет! Я этого больше не вынесу! Третий такой оргазм меня просто убьет!»

Карина сжала анус и стала играть мышцами влагалища на глубоко задвинутом члене. И мужчины этого не выдержали — почти одновременно в глубине ее тела взорвались две бомбы, выжигая сознание, нет, не болью, а практически таким же острым наслаждением... Женщина вскрикнула и часто-часто задышала, окунувшись в новый оргазм. Он не был таким впечатляющим, как первые два, но зато она могла во всех подробностях ощутить, как ритмично сокращаются члены глубоко в ее дырочках. Она вздрагивала в ответ, чувствуя, как сперма буквально брызгает наружу несмотря на плотно забитые в нее мужские половые органы...

Ее аккуратно положили на подушку, она позволила каждому любовнику чмокнуть себя в щечку, а потом указала пальчиком на дверь, безуспешно пытаясь не разулыбаться во весь рот...

Примечания:

1. Буду благодарна, если Вы поставите оценку моему рассказу или оставите отзыв, это для меня очень важно!

2. Если у Вас есть интересные сексуальные истории с подробностями, произошедшие с Вами или Вашими знакомыми, то прошу присылать их мне в личку