Признание Софии - читать порно рассказ онлайн бесплатно

1.
Очередной жаркий день в окрестностях Рима. Вилла Софии Росси стояла на высоком холме среди оливковых рощ и кипарисов, вдали от городской суеты. Веранда второго этажа было её любимое место: плетёное кресло, небольшой столик, вид на сад с фонтаном и дорожку к воротам. Воздух тяжёлый от аромата жасмина и сигаретного дыма.
София сидела расслабленно, скрестив ноги в чёрных чулках с широкой кружевной резинкой. На ней был элегантный костюм бизнес-леди: короткая светло-зеленая мини-юбка обтягивала бёдра, жакет того же цвета расстёгнут, обнажая тонкую блузку без лифчика — соски слегка проступали под тканью. Под юбкой не было ничего. Она любила это ощущение свободы и лёгкого ветерка между ног, когда оставалась одна.
В левой руке — бокал с вином, опустошенный наполовину, в правой — тонкая сигарета. София лениво выдыхала дым, поглядывая на дорогу. Она ждала посылку: официально — новый каталог от миланского дома моды, на деле — зашифрованные данные по очередной сделке. Слуги копошились где-то в доме, но она не торопилась.
Наконец прозвучал звонок в ворота внизу. Приехала курьерская машина. Сотрудников было двое: высокий мужчина в тёмном костюме и женщина в облегающих кожаных брюках и чёрной блузке. Мужчина нёс небольшой пакет, в руке у женщины был планшет для подписи. Они прошли через сад без задержек — охрана легко пропустила.
София даже не встала, лишь слегка раздвинула ноги, наслаждаясь своей привычной властью над ситуацией.
— Вuоngiоrnо, signоrа Rоssi, — говорит мужчина с лёгким американским акцентом, подходя к балкону. — Посылка для вас.
София прищурилась, но протянула руку за пакетом. В этот момент женщина — Элизабет — быстро обошла кресло и встала сзади, положив руки на спинку, эффективно блокируя отступление. Мужчина — Майк — не отдал пакет, а положил его на столик рядом с журналами о моде и пепельницей.
— Подпишите здесь, — произнес он спокойно, но в голосе уже не было курьерской вежливости.
София нахмурилась, чувствуя подвох.
— Кто вы такие? — спросила она по-итальянски, затем переходит на английский. — Giоvаnni! Маriо! — она крикнула в сторону дома.
Элизабет наклонилась ближе, её кожаные брюки тихо заскрипели. Она ласково, но твёрдо положила ладонь на плечо Софии, не давая той встать.
— Не стоит, София, — произнесла Элизабет мягко. — Твои слуги сейчас… отдыхают. Мы щедро заплатили им за небольшой отгул. Федеральное бюро расследований умеет быть убедительным.
Майк снял тёмные очки, уселся на край столика, полностью блокируя Софии путь к двери.
— София Росси, — произносит он официально. — Мы знаем о галереях в Милане, о порте Джоя-Тауро, о счетах в Лихтенштейне. Нам нужны детали. Имена, суммы, маршруты.
София попыталась встать, но Элизабет чуть сильнее нажала на плечо, заставляя остаться в кресле. Свободной рукой София попыталась поправить юбку, но ткань только задралась выше, обнажив гладкую кожу бёдер.
— Вы сошли с ума, — прошипела она. — Это Италия. Один звонок — и вас найдут в канаве.
Майк холодно улыбнулся.
— У тебя нет телефона под рукой, София. И звонков не будет. Мы можем сделать это просто: ты рассказываешь всё добровольно прямо сейчас. Полное сотрудничество — и ты получаешь защиту свидетелей, полную анонимность. Без… осложнений.
Элизабет наклонилась ещё ближе, её дыхание коснулось уха Софии.
— Или мы перейдём к менее приятным методам, — прошептала она. — Ты ведь умная женщина. Зачем усложнять?
София смотрела на них с вызовом, но внутри уже чувствовала, как контроль ускользает. Она потянулась к бокалу, выигрывая время, но рука слегка дрожала. Ветерок снова коснулся обнажённой кожи между ног, и она невольно сжала бёдра.
— Идите к чёрту, — произнесла она тихо, но твёрдо. — Я ничего не скажу.
Майк и Элизабет вздохнули. Элизабет достала из сумки небольшой чёрный кейс и поставила его на столик.
— Жаль, — сказал Майк. — Тогда начнём по-другому.
Напряжение на балконе стало почти осязаемым. Женщина понимала: отступать некуда, а эти двое не шутят.
2.
София откинулась в плетёном кресле, скрестив ноги как могла, но все же обнажив кружевную резинку чулок и намёк на гладкую кожу выше. Она допила вино, стараясь сохранить видимость контроля, но пальцы слегка дрожали вокруг бокала.
— Идите к чёрту, — повторила она, уже громче, с презрительной усмешкой. — Я ничего не скажу. Ни сейчас, ни потом. Уходите, пока можете.
Майк и Элизабет переглянулись. Молчание, однако, длилось секунду — ровно столько, сколько нужно было, чтобы решение было принято.
— Хорошо, — тихо говорит Майк, вставая со столика. Его голос был ровный, профессиональный, без злобы. — Тогда по-другому.
Элизабет отреагировала мгновенно: её ладонь, лежавшая на плече Софии, проскользнула вниз, обхватывая запястье левой руки женщины — той, что держала бокал. Второй рукой она крепко прижала второе плечо Софии к спинке кресла. Как оказалось, хватка у Элизабет была стальная. София вздрогнула, попытавшись вырваться, но Элизабет навалилась весом, прижимая её к креслу.
— Не дёргайся, милая, — прошептала Элизабет ей в ухо, так близко, что София почувствовала тепло её дыхания на шее. — Это только начало.
Майк обошел кресло сзади. Декоративная кованая решётка балкона — чёрная, с витиеватым узором из виноградных лоз — проходила прямо за спинкой кресла. Он достал наручники из внутреннего кармана пиджака. Металл холодно блестел на солнце.
София попыталась встать, но Элизабет удержала её, схватив одной рукой за запястье, а другой нажимая на грудь, прямо между расстёгнутых пуговиц жакета. Пальцы Лизы слегка коснулись обнажённой кожи под блузкой — не ласка, а предупреждение.
— Giоvаnni! — закричала София громче, голос срывался. — Аiutо!
Майк спокойно взял её правую руку, отвел за спинку кресла и щёлк — наручники замкнулись на запястье. Второй браслет он закрепил на толстой кованой перекладине решётки и защёлкнул, оставляя Софии лишь ограниченную свободу движения — руку за головой, локоть согнут, кисть прижата к решётке. Она теперь полулежала в кресле, тело выгнулось, грудь приподнялась, юбка задралась почти до талии, полностью обнажив нижнюю часть тела.
— Не дергайся, — произнесла Элизабет, отпуская её и отступая на шаг, чтобы полюбоваться результатом. — Здесь никто ничего не услышит. Вилла большая, слуги далеко, а ближайшие соседи — в двух километрах за холмом. Кричи сколько угодно. Никто не придёт.
София задёргала рукой — цепочка наручников звенела о металл решётки, но держала крепко. Она попыталась свести колени, но положение было неудобное: одна нога свисала с кресла, другая упиралась в пол. Свободной рукой она инстинктивно потянулась прикрыться, но Элизабет перехватила и это запястье, мягко, но непреклонно отведя руку женщины в сторону.
Майк открыл чёрный кейс на столике. Внутри, на чёрном поролоне — вакуумная помпа: прозрачная пластиковая колба с чёрной грушей и тонким шлангом. Он достал её, держа на свету, чтобы София видела.
— Знаешь, что это? — спросил он спокойно.
София молчала, тяжело дыша. Глаза её были прикованы к устройству. Она знала. Или догадывалась.
Элизабет наклонилась, провела кончиками пальцев по внутренней стороне бедра Софии — от колена вверх, останавливаясь в опасной близости.
— Это будет медленно, — сказала Элизабет почти ласково. — Мы накачаем твою красивую вульву, пока она не станет огромной, чувствительной… невыносимо чувствительной. Каждый вопрос — и мы добавляем давление. Каждый отказ — ещё больше. Ты будешь умолять нас остановиться. А потом — умолять продолжить.
София сглотнула, пытаясь сохранить вызов в глазах, но в них уже мелькнул страх и что-то ещё, пока непонятное.
— Вы… сумасшедшие, — выдохнула она.
Майк надел тонкие латексные перчатки, щёлкая резинкой.
— Последний шанс, София, — произнес он. — Расскажи всё сейчас. Или мы начнём.
3.
София сидела в плетёном кресле, тело её было напряжено, как струна. Правая рука была прикована наручниками за головой к кованой решётке — локоть согнут, кисть прижата к холодному металлу, цепочка тихо позвякивала при каждом движении. Мини-юбка задралась до талии, обнажив всё: гладкую кожу бёдер, кружевную резинку чулок и интимную зону, уже слегка увлажнённую от смеси страха и неожиданного возбуждения. Жакет был расстёгнут, блузка прилипла к груди от пота. Солнце палило немилосердно, но ветерок с сада приносил прохладу, лаская обнажённую кожу между ног.
Майк стоял перед ней на одном колене, латексные перчатки блестели. Он аккуратно, профессионально приложил прозрачную колбу помпы к вульве Софии — колба идеально обхватила губы, клитор, всю чувствительную область. Женщина инстинктивно сжала бёдра, но Майк твёрдо раздвинул их коленом, зафиксировав положение.
— Расслабься, — сказал он спокойно, без эмоций. — Это только начало.
Он сжал грушу первый раз. Раздался тихий шипящий звук — воздух вышел, создался лёгкий вакуум. София вздрогнула: ощущение было странным, тянущим, как будто нежная плоть втянулась внутрь колбы. Кровь прилила, губы слегка набухли, стали чувствительнее.
— Нет… — выдохнула она, попытавшись сдвинуть бёдра. Свободной левой рукой она потянулась вниз, инстинктивно пытаясь отодвинуть устройство.
Элизабет мгновенно отреагировала: она села на подлокотник кресла сбоку, перехватив левую руку Софии у запястья. Хватка была крепкой, но не грубой — пальцы впились в кожу ровно настолько, чтобы София не могла пошевелить рукой. Элизабет отвела её руку в сторону, прижала к бедру Софии, не дав даже приблизиться к помпе.
— Не надо, детка, — сказала Элизабет мягко, почти интимно, наклонившись ближе. Её кожаные брюки скрипнули при движении. — Руки подальше. Ты же не хочешь, чтобы мы зафиксировали и вторую?
Майк сжал грушу второй раз, третий. Вакуум усилился — медленно, методично. Колба плотно прилегала, внутри было видно, как вульва Софии набухла: губы стали пухлыми, розовыми, клитор слегка выпирал, реагируя на прилив крови. Ощущение перешло от странного к интенсивному — лёгкое покалывание, тепло, нарастающая чувствительность. София невольно выгнулась, дыхание сбилось.
— Расскажи нам о счетах в Лихтенштейне, София, — спросила Элизабет