Моя кинокарьера. Часть 17 - читать порно рассказ онлайн бесплатно

На следующее утро я проснулась и сразу увидела Сережу спящего рядом. Воспоминания о вчерашнем дне нахлынули на меня, и я почувствовала вину перед Сережей. Было ужасно стыдно вспоминать о том, как я стояла на коленях и сосала члены десятка актеров, только что вынутые из Моники. К тому же минет режиссёру — дважды. Но то, что я кончила от своих пальцев, пока сосала его член, жгло меня больше всего: тело предательски отозвалось жаром между ног, и я сжала бедра, борясь с этим воспоминанием. «Как я до этого докатилась?» — крутилось в голове. Я обещала Сереже только одну сцену с минетом, а весь день обслуживала толпу актеров, глотая их сперму под камеру.
Я снова посмотрела на спящего Серёжу — он лежал спокойно, ничего не подозревая. Я вспомнила наш вчерашний разговор: сегодня нужно поговорить с режиссером заранее, попросить его сделать завтрашнюю репетицию помягче — только минет, без горлового секса, чтобы не травмировать Серёжу. Может быть, он воспримет это нормально, и не придется больше ему лгать.
Серёжа зашевелился, проснулся и потянулся ко мне, поцеловав в щёку.
– Доброе утро, Катюша, – сказал он сонно.
– Доброе, – ответила я, стараясь улыбнуться, хотя внутри всё сжималось от вины. Он встал и пошёл в душ, а я села на край кровати, чувствуя, как воспоминания жгут сильнее. Нужно было действовать, чтобы втянуть его постепенно, как советовала Наташа. Может, тогда мне станет легче.
Я встала, чтобы сходить в туалет, но не успела — зазвонил телефон. Это была Наташа. Я ответила тихо, чтобы Сережа в душе не услышал:
– Привет, Наташа.
– Привет, Катя, – ответила она бодро. – Я звоню насчет твоего плана пригласить Сережу на съёмки. Думаешь, он готов увидеть, как ты сосешь снова?
– Наташа, это твой план. Если честно, я совсем не уверена, что все получится. Я думаю поговорить с режиссером, попросить организовать легкую сцену, чтобы не травмировать Сережу.
– Катя, это шаг вперёд, но нужно, чтобы он принял те настоящие сцены, в которых ты снималась. Какой толк от того, что будешь показывать ему только маленькую часть? Он в итоге узнает про обман и будет хуже.
– Да, но… боюсь, он не выдержит, если будет жёстко, – пробормотала я. – Что же мне делать?
– Катя, успокойся, – сказала Наташа уверенно. – Всё дело в том, что он возбуждается как мужчина. Смотрит, как ты сосёшь чужой член, ревнует, хочет тебя трахнуть сам, но не может. Он даже может кончить от возбуждения, а потом его накрывает виной и стыдом, чувствует себя плохо. Помнишь, как на съемках, когда он смотрел, как ты сосала тому актеру, член встал, и он кончил прямо в штаны. Его ревность смешивается с желанием, а потом бьет по нему.
Было очень стыдно вспоминать тот момент — я представила, как Сережа сидит в углу, с пятном на штанах, а я на коленях с чужим членом во рту, и это воспоминание снова вызвало жар внизу живота, несмотря на вину. Но она права.
– Да, но что делать? Я не хочу его потерять.
– Есть выход, – ответила Наташа. – Пригласи меня сегодня вечером в гости. Я помогу его подготовить. Только обещай подыгрывать мне, ладно? Не сопротивляйся, что бы я ни сказала или ни сделала, делай как я скажу.
Я замялась, напрягшись:
– Наташа, я не знаю… А что ты задумала? Звучит странно.
– Поверь, это сработает. Ты же хочешь, чтобы Сережа принял твою работу?
– Конечно хочу, но может хотя бы намекнешь, чтобы я была готова?
– Катя, я не могу тебе рассказывать полностью, чтобы ты все не испортила. Могу только сказать, что мы поговорим про твои съемки, а потом устроим Сереже горячий вечер.
Я чуть не подпрыгнула на месте.
– Что? Наташа, неужели ты предлагаешь переспать с Сережей? Я не согласна, чтобы ты это делала.
– Катя, ты что, дура? Не собираюсь я спать с твоим мужем, он мне даже не нравится. Да и я тоже за мужем. Просто поиграем, разденемся, возбудим его.
Даже то, что она предлагала, было для меня слишком — я представила нас голыми перед Сережей, его взгляд на груди Наташи, и почувствовала, как щеки горят от стыда и чувство ревности, но в то же время легкое возбуждение кольнуло внизу живота. Хотя было не понятно, как это поможет делу.
– Хорошо. На такое, наверное, я могу согласиться, но как это нам поможет?
– Послушай, Катя, я не могу тебе объяснять все детали. Это слишком долго и ни к чему. Ты должна мне довериться. Разве я тебя до этого подводила? Давай соглашайся и пообещай, что будешь слушаться меня беспрекословно, а то ничего не получится.
Конечно, у Наташи раньше были моменты, когда она делала обидные вещи, но если посмотреть в общем, она мне очень помогла. Я не видела другого варианта, как согласиться и довериться ей.
– Ладно… обещаю. Приходи вечером, – ответила я.
– Катя, ты умница, увидимся вечером, – сказала Наташа и повесила трубку.
Сережа вышел из душа, свежий и пахнущий гелем, и увидел меня сидящей на кровати в ночнушке с голыми бедрами. Он подошёл ближе, обнял за талию, его руки скользнули ниже, и я почувствовала, как он прижимается, явно желая секса. Его губы коснулись шеи, а член напрягся под полотенцем.
– Катюша, ты такая сексуальная, – прошептал он.
Мне стало стыдно, что я ему изменяю, а он все еще меня хочет, но тело отозвалось лёгким жаром и возбуждением — соски напряглись под тонкой тканью, а между ног разлилось тепло, несмотря на вину. Но при этом я почувствовала, что мой мочевой пузырь сейчас лопнет.
– Дорогой, подожди… Мне срочно нужно в туалет пописать, – сказала я, отстраняясь, и убежала в ванную.
Потом я посмотрела на часы и поняла, что уже поздно и нужно завтракать. Во время завтрака Сережа спросил:
– Катюша, что сегодня на студии? Опять репетиции?
– Да, – ответила я, краснея.
– Катюша, я хочу, чтобы ты была со мной предельно честной и не скрывала то, чем тебе приходится заниматься. Даже если мне будет больно, я хочу знать, что ты делаешь. Ты же мне расскажешь? – спросил он, пристально посмотрев.
Я замялась.
– Да, конечно, дорогой. Я тебе все расскажу, мне незачем от тебя скрывать. Ты же знаешь, в каком фильме я снимаюсь.
– Да разумеется, я понимаю. Вечером расскажи мне, что было, какие сцены и сколько партнеров, – попросил он.
Его просьба меня напрягла — я представила, как рассказываю ему про вчерашние минеты толпе актеров, и внутри все сжалось от стыда и страха, что он узнает правду. Но я кивнула.
– Разумеется, дорогой. Только вечером я пригласила Наташу в гости. Поболтать, чай попить. Ты же не против?
Сережа удивленно поднял бровь:
– Наташу? Ладно, хорошо. Главное, чтобы тебе было легче.
Я снова почувствовала вину за то, что лгала ему даже в этом — ведь Наташа придет не просто поболтать, а для ее странного плана, — но я улыбнулась, стараясь скрыть волнение. Сережа обнял меня, и на миг я почувствовала его напряжение, но времени не было.
– Дорогой, нам пора собираться, – сказала я, отстраняясь. Он вздохнул и пошёл одеваться.
Мы вышли из дома и направились к остановке. Я попрощалась с Сережей и села в маршрутку. По дороге я думала о том, что сегодня придётся просить режиссера об услуге, и, наверное, он попросит “услугу за услугу” как он говорил. Опять придётся делать ему минет, — подумала я, краснея. От этих мыслей я почувствовала лёгкий жар внизу живота. На меня нахлынули воспоминаний о вчерашних членах во рту, их вкусе и том, как я кончила терзали меня, — и я сжала бёдра, стараясь прогнать эти мысли.
Я вышла из маршрутки у студии, ноги подкашивались от нервов. Я прошла через холл, бросила взгляд на охранника и направилась к лифту. Войдя в студию, я сразу направилась к кабинету режиссёра.
Я постучала в дверь кабинета, сердце колотилось от переживаний за предстоящий разговор. Я напомнила себе, что пришла попросить Михаила Григорьевича организовать лёгкую сцену — только минет, без чернухи, чтобы Сережа мог присутствовать. От одной мысли, что придётся просить его об одолжении, объясняя про мужа, меня бросало в дрожь. Я знала, что режиссёр не согласится просто так — наверняка потребует «оплату», и от этой мысли щёки горели. Как низко я пала, — подумала я, — что готова сосать за одолжение, чтобы обмануть мужа. Но ради Серёжи, чтобы он не увидел меня в полной «чернухе», я была готова на это.
– Входите, — услышала я голос режиссера.
Я вошла, он сидел за столом, уткнувшись в папку, и буркнул, не поднимая глаз:
– Катя, я занят. Что-то срочное?
Я замерла у двери, чувствуя, как неловкость сжимает грудь.
– Михаил Григорьевич, я… э-э… хотела про завтрашнюю репетицию поговорить, — выдавила я, голос дрожал. — Можно… сделать её полегче? Без… ну, без жёсткого этого. Без глубокой глотки? Только минет, простой. Я была бы очень вам признательна, — заикаясь выговорила я.
Он поднял хмурый взгляд и отложил папку.
– Катя, что за ерунда?
– Михаил Григорьевич, понимаете, мне это очень нужно, — выпалила я, щёки горели. — Только одну такую сцену. Я… я хочу пригласить кое-кого, и не хочу, чтобы он видел другие сцены.
– Катя, я ничего не понимаю, — пробурчал он. — Что за бред? Я занят сценарием, не до твоей ерунды. Иди готовься к репетиции.
От такой реакции я растерялась. Я была уверена, что он согласится, просто потребует, чтобы я как обычно сделала ему минет. Я чувствовала себя ужасно глупо и стыдно. Сама не понимая почему, я сказала:
– Михаил Григорьевич, может… хм… вам расслабиться? Давайте я вам помогу снять стресс… Вы же любите… хм… минет.
Я осеклась сказав это, сгорая от стыда и унижения. Самой предложить ему минет — как это вообще получилось? Как низко я пала.
Он поднял бровь, удивлённо глядя на меня.
– Катя, я же сказал, время не совсем удачное. Сценарий надо дочитать и отправить.
Отступать было некуда, и я, набравшись храбрости, ответила:
– Вы можете читать, а я в это время… хм… буду делать вам минет, — пробормотала я. — Вам понравится, расслабитесь и поработаете одновременно. Если вы не против, конечно?
Неловкость сдавливала горло, но я должна была его уговорить.
Он усмехнулся с высокомерием:
– Ну, раз ты так просишь, не откажусь от минетика. Только учти, утром у меня был секс, душ я не принимал — член не свежий, так что не жалуйся.
– Я… не брезгливая,